Позвольте ваши руки в... наручники
БИРОБИДЖАН, 18 мая, «Город на Бире» — Проект документа ждёт утверждения соответствующими инстанциями и, скорее всего, будет принят в качестве основных правил поведения людей в полицейских погонах. Вообще-то я полагал, что моральные и нравственные нормы (та самая этика) должны соблюдаться личностью на основе доброй воли, а не какого-то нормативного акта. Так, в царской России законом под страхом каторги и смерти были запрещены дуэли, но офицеры фехтовали и стрелялись, руководствуясь не утверждёнными ни одним приказом кодексом чести и дуэльным кодексом. Их почитание прививалось в семьях, школах и кадетских корпусах...
Обсуждаемый в нынешнее время документ указывает: «Настоящий Кодекс подлежит изучению сотрудниками и гражданами, поступающими на службу в органы внутренних дел Российской Федерации».
Кто хоть однажды выезжал на место происшествия, улыбнётся, прочитав некоторые пункты, в которых изложены общие этические нормы и требования, например: «Давать разъяснения правонарушителю о неправомерности его действий без нравоучений, доброжелательно, убедительно и ясно, со ссылкой на соответствующие нормативные акты». Как-то, в бытность мою прокурором Биробиджанского района ЕАО, вместе с начальником райотдела милиции Владимиром Элиевичем Гузманом я пришёл в дом, где проживал А., совершивший зверское убийство несовершеннолетней. В доме находились старики-родители, подозреваемый спал сном праведника. Мы разбудили его, предложили пройти (это было недалеко) в опорный пункт. Ранее А. уже был осуждён за убийство. Никто не крутил ему руки, но я пытаюсь представить себе нашу речь в соответствии с требованиями будущего Кодекса: «Будьте добры выслушать нас, милейший. Вы подозреваетесь в совершении неблаговидного поступка, а именно – умышленного лишения человека жизни, то есть преступления, предусмотренного статьей 102 УК РСФСР (действовавшего до 1997 года – прим. ред.), за которое нашим самым гуманным судом в мире вам может быть назначена исключительная мера наказания – расстрел». Пытаюсь – и выходит неубедительно.
Когда-то на занятиях со следователями (а позже и со студентами-юристами) я говорил им, что, для того чтобы получить от очевидного преступника признательные показания, его сперва нужно полюбить и понять. Но это вопрос не этического характера, а профессиональной подготовки. Сотрудник полиции не православный священник, своё поведение он не всегда выбирает в соответствии с каким-либо кодексом, иначе к чёрту тактику производства отдельных следственных действий и оперативно-разыскных мероприятий! Кстати, при осуществлении таковых Кодекс рекомендует сводить к минимуму моральный вред. Но ведь следственное действие – не праздник. Основанием для него является уголовное дело, от которого никто не ждёт радости.
Статья 164 Уголовно-процессуального кодекса РФ запрещает применение насилия и иных незаконных мер, а равно создание угроз для жизни и здоровья участвующих в следственных действиях лиц. На мой взгляд, выполнения этих требований вполне достаточно, чтобы соблюсти конституционные нормы и права гражданина.
Статья 182 того же документа запрещает не вызванное необходимостью повреждение имущества. Читаем Кодекс этики – и видим требование: не допускать небрежного отношения к предметам и личным вещам, имеющим ценность для граждан. В практике работы нашей полиции имелся случай, когда следователь приказал вырезать часть панели автомобиля, на которой был зафиксирован отпечаток пальца руки. Потом по жалобе хозяина машины правоохранитель в добровольно-принудительном порядке компенсировал тому причинённый ущерб. Другой следователь изъял с места происшествия крышку подпола, на которой обнаружил следы крови. На вопрос, как же там будут ходить люди, он ответил, что всё продумал и... закрыл подполье ковриком. «Дуракам закон не писан» – гласит народная мудрость. Это я к тому, что на чьи-то умственные способности Кодекс этики никакого влияния также не возымеет.
В 1893 году в свет вышла замечательная книга известного австрийского ученого-криминалиста Ганса Гросса «Руководство для судебных следователей как система криминалистики». Слово «этика» автором даже не упоминается, однако составителям «поведенческого талмуда» полезно было бы задуматься над тем, что он пишет. Следующую фразу можно легко отнести к любому работнику полиции, а главное – к тому, кто формирует полицейские кадры: «Что касается вопроса о том, каким образом молодой юрист, предназначающий себя в судебные следователи, должен подготовить себя к этой деятельности, то я склонен думать, что если это дело предоставить ему самому, то удачный исход может быть лишь исключительным». Опытный криминалист в пяти строчках изложил большую часть всего, что написано в проекте Кодекса этики: «По вопросу о качествах, необходимых для С., мы должны сказать, что С., строго говоря, должен обладать всеми хорошими качествами, присущими человеку; неустанное усердие и рвение, самоотвержение и твердость, остро-умие и знание людей, образование, безусловно вежливое отношение ко всем, железное здоровье и сведения по всем отраслям знания – эти качества предполагаются сами собой...»
И, к моему огромному сожалению, в рассматриваемом документе ничего не сказано о вреде стремления к достижению высоких показателей путём формирования мастерства в подготовке отчётов о «победах», не соответствующих действительности.
Александр ДРАБКИН
Комментарий
Не запрещено. Рекомендовано
Владимир ГУЗМАН, руководитель Государственного юридического бюро ЕАО, подполковник милиции в отставке:
– Не совсем понятно, какую юридическую силу имеет этот документ, предусмотрена ли ответственность за его нарушение. Если да, то какая? Служебная, моральная... – может, просто пальцем погрозят, непонятно. Что мне нравится? В этом Кодексе прописано, где нельзя появляться в форме. Когда я служил, к её ношению относились очень щепетильно. Помню, сам строго запрещал своим сотрудникам посещать рестораны в форме. Мне понятно требование, касающееся золотых украшений...
Правда, некоторые моменты вызывают саркастический смех. Например, пункт 5.5 рекомендует воздерживаться от резких высказываний по отношению к правонарушителю в присутствии детей. Воздержание – не запрет, а рекомендация. Пункт 5.10.2 рекомендует воздерживаться от угощений, подарков, предлагаемых в ходе проверки. Нельзя быть немножко беременным: либо это разрешено, либо запрещено под страхом наказания. Пункт 6.17 требует быть образцом соблюдения Правил дорожного движения. Не понимаю, как можно просто соблюдать правила и стать соответствующим образцом. Правила для всех одинаковы: что для дворника, что для полицейского. В пункте 6.18 пошли ещё дальше: рекомендуют полицейским исключить употребление наркотических средств, то есть воздерживаться от совершения административного преступления. Забавно, не правда ли? Я полагаю, что все пункты, в которых предусмотрены «воздержания», запрещены ещё и действующими кодексами, приказами министра внутренних дел, законом «О полиции».